— Что-то вроде того. Не в первый раз. Конечно, справлюсь, если будут материалы. — Айви не могла сдержать улыбку, услышав новое прозвище. Что ж, если уж ей суждено быть ручным зверьком, то лучше под крышей этой эльийки. Раньше ей не доводилось иметь дело с эльийскими дамами, но эта ей понравилась. Прямолинейная, открытая, много ругается и, как говорится, ей наплевать, что о ней думают другие.

  Что касается ремонта, Айви сталкивалась с этим не раз. В детстве это было сложнее, но, ведомая палками и кочергой отца, она довольно быстро всему научилась. Когда они с отцом впервые переехали в эту простую деревню, там были только пустые дома и потребность в рабочих руках, чтобы их заселить.

  — Ну, это просто замечательно. Моя первая работница! Айви — озорная боброчка! Как тебе такое? Мне это кажется ужасным. Да ладно, позже придумаем что-нибудь получше.

  Эльийка медленно выходила из-за стола. Она говорила как бы сама с собой, не видя в этом ничего плохого, и не стеснялась выражать свои мысли. Последние лучи Солнечного дворца едва достигали девушек сквозь маленькие, но многочисленные окна.

  — Откуда ты вообще знал, что мне нужны дополнительные руки, забавный маленький барсучок?

  — Думаю, неплохо. — Айви усмехнулась. Какой-то старик из городка неподалеку от гор однажды назвал ее бобром. Он был довольно милым, но и близко не таким хорошим, как этот эль.

  Крестьянка повернула голову к окну, ее взгляд задержался на угасающем свете. Она легко постукивала пальцами по бедрам. На последний вопрос она снова улыбнулась. Правда, вероятно, не очень-то обрадует эльа. Хотя кто знает.

  — Наверное, мне просто повезло, что один очень обаятельный эль врал мне и говорил, что здесь есть бордель. Не маленький, не большой — а везде в других местах мне говорили убираться. Ах да, кстати! Ты до сих пор не сказал мне своего имени.

  — Я, блядь, Янаэль, — ответил блондин почти мужским голосом. — Поверь мне, ты никогда в жизни не встречал никого подобного мне, парень.

  Она широко зевнула, не обращая внимания на приличия, затем покачала головой, как мокрая собака, и лениво зашагала по старому полу.

  — Бордель, говоришь? Тебя кто-то этим дерьмом накормил? Разве это не был какой-то пункт приема металлолома? И вообще — зачем тебе, маленький выдрёнок, вообще нужен был бордель?

  Подойдя к Айви, эльийка схватила её за ткань одежды, притянула к себе и прижалась к ней голой грудью. Её самодовольное лицо оказалось прямо рядом с лицом крестьянки, почти касаясь носами.

  — Если вы хотите развлечься, я даже не возьму с вас денег.

  Она тут же отпустила темнокожую девочку и резко отскочила назад, продолжив свою странную походку.

  Айви растерянно моргнула, но почти сразу же снова усмехнулась, прислонившись бедром к столу неподалеку. Значит, она купила это здание. Вероятно, недавно. Внезапная близость женщины оставила после себя тепло и слабый запах стали — как будто от самой владелицы этого места должен пахнуть железом, весельем и табаком. Крестьянка сохранила самообладание и, вероятно, даже не покраснела, хотя это было необычно.

  — Не нужно, но спасибо. Держу пари, многие бы мечтали оказаться на моем месте. — Темнокожая девушка пожала плечами и стала внимательнее осматривать комнату. — Кстати, Янаэль, можно я останусь здесь на ночь? Я начну работу рано утром. Держу пари, что только на перевозку материалов уйдет полдня.

  — Как хочешь. Но, как видишь, спать негде. Мне ничего, кроме этого идиотского столика, не оставили. Черт возьми, отлично. Буду спать прямо на полу.

  Янаэль постучала ногой по холодному камню и поморщилась при мысли о том, что ей придётся на нём спать.

  — Позже я куплю ковры и закрашу весь этот бардак. Или, может, мне стоит заняться чем-нибудь другим, ты, лохматая белка?